До выхода на сцену пять минут. В заказе — песня, которую музыкант никогда не слышал. Рамиль Капушев просит ChatGPT составить сетку аккордов, получает её и идёт играть. В его работе искусственный интеллект — не конкурент, а ассистент для срочных и рутинных задач.
Рамилю Капушеву 35 лет. Он играет в астанинских коллективах Sana Sezim,
ПИÓНЫ cover band и Hola live band, работает сессионным музыкантом, сводит треки на удалёнке и преподаёт теорию музыки.
По словам Капушева, нейросети его доход не сократили. Гораздо заметнее на заработок влияет обычная конкуренция за живые выступления — а ещё то, как музыкант играет, подаёт себя и договаривается. По его оценке, средний гонорар музыканта за одно выступление в Астане составляет около 70 тысяч тенге. Для сравнения: 17 треков авторского проекта принесли всей группе около 100 тысяч тенге за три года.
ChatGPT даёт аккорды за пять минут — играть всё равно приходится самому
— В каких ситуациях ИИ нужен тебе прямо перед выступлением?
Из текстовых ассистентов я использую ChatGPT и Gemini. Бывает, нужно через пять минут сыграть композицию, которую никогда не слышал. Пишешь запрос: составь табулатуру или сетку аккордов. Ассистент может расписать простую гармонию или вариант в джазовом формате. Когда времени разбирать песню с нуля нет, это очень выручает.
Иногда гость просит: «Вот ту песню из фильма, где герой шёл по улице». По такому описанию чат предлагает варианты, ты уточняешь детали и понимаешь, что искать.
Ещё он помогает вокалистам. Можно быстро найти текст без рекламы или записать произношение иностранной песни русскими буквами. Раньше каждую фразу приходилось слушать и прописывать вручную. Теперь эта рутина занимает несколько минут.
Suno — набросок карандашом, а не готовый трек
— Музыкальные генераторы тоже стали частью работы?
Пользуюсь Suno и Moises. Suno удобен, когда нужно быстро услышать идею со стороны: задаёшь направление, добавляешь примерный текст и получаешь демо. Для меня это набросок карандашом, а не итоговый результат.
По моему опыту, в таком проекте могут плавать темп и тональность, а инструменты — не строить между собой. Однажды я вытащил сгенерированный проект для сведения, долго пытался привести его в порядок, а в итоге удалил и записал всё живыми инструментами.
Но как черновой помощник Suno полезен. Например, ты записал барабаны, вокал, гитару и бас, а в нескольких местах нужна партия фортепиано. Если рядом нет пианиста, генератор поможет попробовать разные варианты и понять, что работает. Это экономит время и деньги, но финальное решение всё равно принимает музыкант.
ИИ сокращает неделю работы до одного дня
— Где нейросети экономят больше всего времени?
Moises разделяет готовую запись на партии: вокал, барабаны, бас, гитару, клавиши. Можно определить темп и аккорды, изменить тональность, услышать бэк-вокал или отдельный инструмент. Музыканты используют эти дорожки, чтобы разучивать песни, собирать плейбэки и доставать сэмплы для диджейских сетов.
Особенно это помогает со старыми песнями, от которых не сохранились исходники и ноты. По уцелевшей записи можно отделить партии и восстановить логику аранжировки. Речь не о том, чтобы вернуть потерянный студийный проект одним нажатием, а о том, чтобы быстрее реконструировать материал и продолжить работу.
То, что раньше занимало у меня неделю, сейчас можно сделать за день, а иногда — за час. Всё зависит от сложности проекта.
— Значит ли это, что человек в музыкальном производстве больше не нужен?
Нет. Нейросети срезали рутину, а не убрали людей. Аранжировщик и звукорежиссёр всё равно исправляют неточности, слушают материал и принимают решения. Исполнителя на живом выступлении нейросеть тоже не заменяет.
ИИ не мешает зарабатывать — сильнее мешает конкуренция
— Сгенерированная музыка отнимает у вас слушателей и деньги?
На моём доходе она не отразилась: не стало ни больше, ни меньше. Основные деньги всё равно приходят с живых выступлений. Поэтому для работающего музыканта ощутимее обычная конкуренция — сколько вокруг сильных коллективов, как ты играешь, как себя подаёшь и умеешь договариваться.
В Астане музыканты выступают в барах, клубах, кафе и на банкетах. Бывают и необычные заказы: я играл в бане, прямо в парилке, и в тренажёрном зале. Чем интереснее играешь и подаёшь материал, тем больше можешь зарабатывать.
Мой доход складывается не только из концертов. Есть запись партий на гитаре, бас-гитаре и клавишах, преподавание, сведение, работа со звуком на площадках, аранжировки и создание плейбэков. Но живые выступления остаются основой. Условия у музыкантов похожие, однако итоговая сумма сильно зависит от договорённости. В среднем за одно выступление музыкант получает около 70 тысяч тенге.
17 треков принесли группе около 100 тысяч тенге за три года
— Что происходит с вашей авторской музыкой на стримингах?
В альбом Tungiyq вошли 14 треков, а всего у проекта сейчас 17 композиций на крупных площадках. Точное число прослушиваний я пока не назову — за статистикой слежу не я.
Доход всей группы за три года составил около 100 тысяч тенге. Это сумма после комиссий, расходов на сессии и других удержаний. На эти деньги музыканты не живут — для нас стриминги скорее показывают статистику, а зарабатываем мы на концертах.
Первый альбом мы записывали сами: каждый звук и каждую партию исполняли своими руками и записывали через звуковую карту в компьютер. За работу сторонних специалистов не платили, но были расходы на аренду помещения, логистику и питание. Поэтому говорить, что альбом совсем ничего не стоил, было бы неправильно.
Сначала дистрибуцией занимался алматинский лейбл õzen, затем проект перешёл к шымкентскому AG Records. Сейчас мы также привлекаем разных специалистов: свежий слух помогает заметить то, что участники группы уже перестают слышать в собственном материале.
Сгенерированная музыка — фастфуд, а не конкурент на сцене
— Как ты относишься к музыке, целиком созданной нейросетью?
Ругаться на неё — всё равно что ругаться на фастфуд. Появился быстрый продукт, он кому-то нравится и закрывает конкретную потребность. Но быстрая музыка не отменяет живую — так же, как донер не отменяет домашнюю еду.
Мне было бы интересно другое: если человек создаёт музыку нейросетью прямо на сцене и показывает процесс в реальном времени, это уже может стать представлением. Но запись, сделанная за пять минут, и живой концерт — всё-таки разные продукты.
Сначала барабаны, потом нейросети
— С каких ИИ-инструментов начинать человеку, который хочет заниматься музыкой?
С тех, которые попадутся под руку. Но параллельно стоит взять реальный инструмент — хотя бы гитару или барабаны.
— Что важнее: научиться играть на барабанах или освоить искусственный интеллект?
Барабаны полезнее. А потом уже можно подключать ИИ: тогда ты понимаешь, что именно он сделал и где ошибся. Искусственный интеллект тоже лентяй — может написать криво. Без музыкальной базы ты даже не заметишь ошибку.
В работе Капушева ИИ остаётся за сценой: ищет аккорды, разбирает записи и помогает проверить идею. На сцене всё по-прежнему решает человек — как он играет, подаёт себя и договаривается. Нейросеть может выиграть музыканту время, но место на сцене всё ещё приходится выигрывать в конкуренции.
