Казахстан предлагает Южной Корее расширить сотрудничество за пределы автомобильной промышленности. Следующим этапом могут стать совместная переработка критически важных металлов, строительство дата-центров, энергетической инфраструктуры и проекты в сфере искусственного интеллекта.
Новая повестка обсуждается во время государственного визита Касым-Жомарта Токаева в Сеул. Президент Казахстана прибыл в Южную Корею 14 сентября. Двусторонние переговоры запланированы на 15 сентября, а 16 сентября должен пройти первый саммит «Республика Корея — Центральная Азия».
Пока речь идет преимущественно о направлениях сотрудничества, а не о подписанных инвестиционных контрактах. Однако часть необходимой инфраструктуры и совместных проектов уже существует.
Казахстан хочет повторить модель Kia в других отраслях
Сегодня наиболее заметный результат казахско-корейского промышленного сотрудничества — автомобильные предприятия Hyundai и Kia.
В Костанае запущен завод Kia полного цикла. Его проектная мощность составляет до 70 тыс. автомобилей в год, объем вложений оценивался примерно в $250 млн. На предприятии планировалось создать около 1,5 тыс. рабочих мест.
Особенность проекта заключается в том, что Kia впервые напрямую инвестировала в строительство совместного автомобильного предприятия за пределами Южной Кореи. Для Казахстана это стало не просто открытием сборочной площадки, а попыткой создать вокруг нее сеть местных поставщиков.
В 2027 году в Костанайской области планируется запустить производство автокомпонентов совместного предприятия Seoyon E-Hwa Kazakhstan. Инвестиции оцениваются в $27 млн. На площадке собираются выпускать дверные карты, сиденья, бамперы, консоли, элементы потолка и другие детали для автомобилей.
Теперь Казахстан предлагает распространить похожую модель на металлургию и цифровую инфраструктуру: корейская сторона предоставляет технологии и капитал, а внутри страны появляются производство, местные поставщики, специалисты и более глубокая переработка.
Как сообщил министр иностранных дел Казахстана Мухтар Тлеуберди в интервью южнокорейскому агентству Yonhap, стороны рассматривают 46 проектов промышленной кооперации общей стоимостью около $4 млрд. Они охватывают автомобилестроение, машиностроение, металлургию, электронику и другие направления.
Почему Южной Корее нужны казахстанские металлы
Южная Корея обладает одной из наиболее развитых в мире отраслей электроники, полупроводников, аккумуляторов и автомобилестроения. Но собственной сырьевой базы для их производства у нее практически нет.
Современная электроника, электромобили, системы накопления энергии и оборудование для возобновляемой энергетики требуют меди, цинка, хрома, лития, кобальта, никеля, урана, титана и редкоземельных элементов.
Значительная часть мировых мощностей по переработке таких материалов сосредоточена в Китае. Поэтому Сеул заинтересован в альтернативных поставщиках и в создании цепочек, которые не будут зависеть от одной страны.
Казахстан располагает запасами урана, меди, хрома, цинка и ряда редких и редкоземельных металлов. Страна уже производит бериллий, титан, тантал, ниобий, рений, сурьму, висмут, селен и теллур.
По оценке казахстанских властей, страна способна поставлять 19 из 50 видов сырья, включенных в американский список критически важных минералов, и 21 из 34 позиций перечня Евросоюза.
Однако Астана подчеркивает, что не хочет ограничиваться продажей руды и первичного сырья. Казахстан заинтересован в создании внутри страны предприятий по очистке металлов, выпуску материалов высокой чистоты и производству компонентов для аккумуляторной и электронной промышленности.
Для Южной Кореи это возможность получить более устойчивый источник сырья. Для Казахстана — шанс подняться выше в производственной цепочке и экспортировать не только концентрат, но и продукцию с более высокой добавленной стоимостью.
В Алматы создают казахско-корейский центр редких металлов
Сотрудничество уже постепенно переходит от заявлений к научной инфраструктуре.
На базе Института металлургии и обогащения Satbayev University в Алматы создается Казахско-корейский центр редких и редкоземельных металлов. Партнерами проекта выступают Корейский институт промышленных технологий KITECH и Национальный институт редких металлов Кореи KORAM.
Центр должен стать площадкой полного цикла: от лабораторного исследования сырья и разработки технологии до пилотного испытания и подготовки решения к промышленному внедрению.
Основными направлениями работы заявлены:
- технологии глубокой переработки стратегического сырья;
- получение чистых и сверхчистых редких металлов;
- переработка не только руды, но и промышленных отходов, хвостов и шлаков;
- подготовка инженеров и исследователей;
- испытание технологий перед запуском промышленного производства.
Согласно данным Министерства торговли, промышленности и энергетики Южной Кореи, программа рассчитана на 2026–2030 годы. Ее бюджет составляет 19,8 млрд вон. Проект предусматривает создание пилотной инфраструктуры в Алматы, обучение специалистов и развитие экспортного потенциала.
Это один из первых конкретных признаков того, что сотрудничество может выйти за пределы простой покупки сырья. Южная Корея получает доступ к новым источникам металлов, а Казахстан — к оборудованию, исследованиям и технологиям переработки.
Следующее направление — дата-центры и инфраструктура для AI
Второй крупный блок переговоров связан с искусственным интеллектом и центрами обработки данных.
Разработка современных AI-моделей требует огромных вычислительных ресурсов. Для этого необходимы не только серверы и ускорители, но и электростанции, линии передачи энергии, системы охлаждения, резервное питание и защищенные каналы связи.
Южнокорейские компании обладают компетенциями сразу в нескольких звеньях этой цепочки. Samsung и SK Hynix входят в число крупнейших мировых производителей памяти для вычислительной техники. Корейские инженерные и энергетические компании строят электростанции, промышленные объекты и системы охлаждения.
Казахстан в свою очередь предлагает территорию, относительно холодный климат в северных регионах и крупные энергетические площадки. По словам главы МИД, возможности для корейского бизнеса могут появиться в строительстве дата-центров, энергетической инфраструктуры и систем охлаждения.
Наиболее вероятной точкой для таких проектов может стать Data Center Valley в Экибастузе.
На площадке уже ведется подготовка инженерной инфраструктуры. В мае 2026 года правительство сообщало о завершении геодезических работ, проведении инженерно-геологических исследований и начале подготовки котлованов для модульных блоков.
В августе KAZAKH INVEST объявил, что сингапурская Energy Capital Global изучает возможность строительства в Экибастузе кампуса AI-дата-центров. Мощность первой очереди может составить около 100 МВт с возможностью дальнейшего расширения до 1 ГВт.
Это отдельный проект, напрямую не связанный с Южной Кореей. Но он показывает масштаб инфраструктуры, которую Казахстан пытается создать, и объясняет, почему страна предлагает корейскому бизнесу участвовать в строительстве вычислительных мощностей.
На текущем этапе конкретный корейский оператор дата-центра или инвестор нового AI-проекта в Казахстане не назван. Поэтому говорить о принятом решении или начале строительства казахско-корейского дата-центра пока рано.
Что именно может предложить Южная Корея
В цифровом направлении интерес для Казахстана могут представлять не только инвестиции в здания дата-центров.
Потенциальное сотрудничество включает несколько уровней:
- поставку серверного оборудования и компонентов;
- строительство энергетической инфраструктуры;
- создание систем промышленного охлаждения;
- хранение и обработку данных;
- совместные AI-лаборатории;
- обучение инженеров;
- внедрение искусственного интеллекта на промышленных предприятиях;
- производство электроники и компонентов внутри Казахстана.
При этом строительство крупных дата-центров упирается прежде всего в доступность электроэнергии. Объект мощностью в сотни мегаватт сопоставим по потреблению с крупным промышленным предприятием или небольшим городом.
Поэтому для Казахстана важно не просто привлечь владельцев серверов, но заранее решить вопросы генерации, подключения к сетям, водоснабжения, охлаждения и тарифов. Без этой инфраструктуры заявления об AI-хабе останутся концепцией.
Сотрудничество уже выходит за пределы автомобилей
Помимо Kia и Hyundai, в Казахстане работают Samsung Electronics и другие компании с южнокорейским капиталом. Doosan Enerbility участвует в крупных энергетических проектах, а Hyundai Engineering рассматривает возможности в энергетике, инфраструктуре и нефтегазохимии.
В августе 2026 года казахстанская делегация провела в Сеуле переговоры с Корейской ассоциацией международной торговли KITA, государственной корпорацией KIND, Hyundai Engineering, YPP Corporation и LX International.
На встречах обсуждались искусственный интеллект, зеленая энергетика, критические минералы, логистика, глобальные цепочки производства электромобилей и развитие Alatau City. KAZAKH INVEST тогда сообщал об интересе корейских компаний, но не объявлял о заключении новых крупных контрактов.
По данным корейской стороны, в Казахстане действует более 700 компаний с южнокорейским капиталом. Объем двусторонней торговли в 2025 году достиг $3,17 млрд, а накопленные прямые инвестиции Южной Кореи за последнее десятилетие оцениваются примерно в $8 млрд.
Почему Казахстан интересен Сеулу именно сейчас
Интерес Южной Кореи к Казахстану связан сразу с несколькими факторами.
Во-первых, Сеул стремится диверсифицировать поставки металлов для аккумуляторов, электроники, электродвигателей и полупроводников. Казахстан может стать одним из альтернативных источников сырья.
Во-вторых, республика находится между Китаем и Европой и развивает Транскаспийский международный транспортный маршрут. Это дает корейским компаниям дополнительный путь доставки продукции и компонентов на западные рынки.
В-третьих, Казахстан сам заинтересован в промышленной локализации и готов предоставлять инвесторам площадки, инфраструктуру и меры поддержки.
Наконец, рост AI повышает ценность стран, способных предложить свободные энергетические мощности для дата-центров. Но это преимущество сработает только в том случае, если Казахстан сможет обеспечить стабильное электричество, современные сети и понятные условия для долгосрочных инвесторов.
Что может измениться после саммита
Первый саммит «Республика Корея — Центральная Азия» должен завершиться принятием Сеульской декларации. В общей повестке заявлены критические минералы, энергетика, диверсификация цепочек поставок, искусственный интеллект, цифровые технологии, транспорт и климатические проекты.
Для Казахстана главным результатом будут не формулировки декларации, а появление конкретных компаний, объемов инвестиций и сроков реализации.
Пока подтверждены три уровня сотрудничества:
- действующие автомобильные производства и локализация компонентов;
- создание совместного центра редких и редкоземельных металлов в Алматы;
- переговоры о возможном участии корейского бизнеса в AI, дата-центрах и энергетической инфраструктуре.
Новых подписанных корейских проектов по строительству дата-центров или выпуску AI-оборудования в Казахстане на момент публикации не объявлено. Основные соглашения могут появиться по итогам двусторонних переговоров 15 сентября и саммита 16 сентября.
Но сам вектор уже изменился. Казахстан больше не хочет оставаться для Южной Кореи только рынком и площадкой для сборки автомобилей. Страна предлагает металлы, энергию и территорию, но взамен рассчитывает получить переработку, технологические предприятия, исследовательские центры и полноценное участие в производственных цепочках будущего.
