Казахстан и Китай за один день подписали более 70 коммерческих соглашений на сумму свыше $15 млрд. Цифра разошлась по всем новостям, но с полным списком возникла проблема.
В открытом доступе подробно перечислены только 17 документов. Мы разобрались, что в них находится, какие отрасли заинтересовали Китай и почему этот пакет сильно отличается от прежних соглашений.
Из 70 соглашений опубликованы только 17
16 июля 2026 года Касым-Жомарт Токаев встретился в Шанхае с руководителями китайских технологических компаний.
По итогам встречи Акорда сообщила о подписании более 70 коммерческих документов на сумму свыше $15 млрд. Соглашения охватывают искусственный интеллект, цифровизацию, транспорт, финансы, сельское хозяйство и машиностроение.
Но полного перечня этих документов в открытом доступе нет.
На официальной странице подробно перечислены только 17 соглашений, которыми стороны обменялись во время церемонии. Что находится в остальных пятидесяти с лишним документах — неизвестно.
Из более чем 70 объявленных соглашений публично перечислены только 17. Иллюстрация RAEM
Что находится в опубликованном списке
Искусственный интеллект и цифровая инфраструктура
Сразу четыре документа касаются технологий:
• стратегическое партнёрство между Министерством искусственного интеллекта и цифрового развития Казахстана и Huawei;
• приобретение оборудования и технологических решений Huawei для «Самрук-Қазына»;
• участие китайской Hengtong Group в проекте Data Center Valley;
• сотрудничество «Транстелекома» и GuoDong Group по антенно-мачтовым сооружениям.
Китайские компании заходят сразу в несколько уровней цифровой системы Казахстана: оборудование, связь, дата-центры и государственные ИИ-проекты.
Робототехника
Три соглашения связаны с роботами:
• QAZBOT Technologies и AgiBot создают комплекс Robotics & AI в Астане;
• акимат Алматы, NERO Group и UBTECH Robotics развивают совместные проекты в области ИИ и робототехники;
• КазНУ имени аль-Фараби сотрудничает с Jiangsu Huibo Robot Technology.
Самый крупный проект — QAZBOT. Первый этап комплекса оценивается более чем в $200 млн, а строительство официально началось 18 августа 2026 года.
Автопром
В список вошли ещё три автомобильных документа:
• соглашение Allur и Li Auto о производстве машин в Казахстане;
• лицензия Chery на выпуск OMODA и JAECOO на заводе Astana Motors;
• меморандум «Самрук-Қазына», Freedom Holding, акимата Астаны и Geely по зарядной инфраструктуре и применению ИИ.
При этом условия производства Li Auto пока не раскрыты. Неизвестны модели, площадка, объёмы, сроки и размер инвестиций.
Транспорт и логистика
Ещё три соглашения касаются перевозок:
• инвестиции в первую очередь терминала порта Курык;
• развитие коридора между двумя площадками Хоргоса;
• оснащение пунктов пропуска китайским досмотровым оборудованием с локализацией в Казахстане.
Это направление уже работает не только на бумаге. За первое полугодие 2026 года железнодорожные перевозки между Казахстаном и Китаем достигли 18,7 млн тонн.
Проблема теперь не в отсутствии грузов, а в том, справится ли с ними инфраструктура.
Финансы и промышленность
Банк развития Казахстана подписал соглашение с China Central Depository & Clearing. Оно должно упростить казахстанским компаниям выход на китайский долговой рынок.
Второй документ касается строительства коксовых батарей №8 и №9 на Qarmet.
Это единственная позиция в опубликованном списке, непосредственно связанная с сырьевой промышленностью.
Образование
Последние два соглашения касаются университетов:
• Qazaq AI Research University и Shanghai Innovation Institute будут сотрудничать в сфере ИИ;
• КазНУ и университет Сучжоу создают совместный институт.
Казахстан здесь выступает не только принимающей стороной. КазНУ планирует открыть образовательное подразделение в Китае.
Китай начал заходить не только в нефть и металлы
В опубликованном пакете почти нет традиционных сырьевых проектов.
Вместо нефти, газа и добычи металлов мы видим:
• искусственный интеллект;
• роботов;
• дата-центры;
• автосборку;
• логистику;
• финансовые инструменты;
• университеты.
Это заметный поворот.
По данным аналитических обзоров, около 46% накопленных китайских инвестиций в Казахстане приходится на сырьевой сектор. Но пакет 2026 года собран уже вокруг технологий, производства и инфраструктуры.
Китайское присутствие в Казахстане меняется: раньше главными были нефть, металлы и транзит, теперь к ним добавляются ИИ, роботы, дата-центры и автомобили.
Китайские проекты в Казахстане смещаются от сырья к технологиям и производству. Иллюстрация RAEM
Торговля уже приближается к $50 млрд
По итогам 2025 года товарооборот Казахстана и Китая достиг $48,7 млрд — на 11% больше, чем годом ранее.
За первые пять месяцев 2026 года торговля составила уже $22 млрд и выросла ещё на 27%. По итогам года показатель может превысить $50 млрд.
Следующая заявленная цель — $100 млрд.
Более половины торговли Казахстана с Китаем приходится на Синьцзян-Уйгурский автономный район. Именно через него проходят основные сухопутные маршруты между двумя странами.
За 2005–2025 годы китайские компании вложили в Казахстан около $29,3 млрд. Только за 2025 год объём инвестиций составил $2,8 млрд, увеличившись на 135%.
В стране зарегистрировано более 8,5 тысячи компаний с китайским капиталом.
Но вместе с инвестициями растёт и долг
По данным Национального банка, на 1 июля 2025 года внешний долг Казахстана перед Китаем составлял $10,3 млрд.
Eurasianet оценивает его на начало 2026 года уже в $12,87 млрд.
Эти цифры относятся к разным датам и могут быть рассчитаны по разным методикам. Кроме того, казахстанские структуры начали активнее занимать в юанях. Такие выпуски могли увеличить обязательства перед китайскими инвесторами, но сами по себе не объясняют всё расхождение.
Поэтому китайские деньги для Казахстана — это не только инвестиции и новые производства. Это ещё и растущая зависимость от китайского финансового рынка.
Чего мы пока не знаем
Главная проблема всей истории — недостаток публичной информации.
В открытых источниках нет:
• полного перечня более чем 70 соглашений;
• сумм по большинству отдельных проектов;
• долей казахстанских и китайских участников;
• точных сроков запуска производств;
• требований по локализации;
• актуального общего списка совместных инвестиционных проектов.
Поэтому цифру в $15 млрд нельзя автоматически считать стоимостью уже строящихся заводов.
Часть документов — полноценные соглашения. Часть — меморандумы. Некоторые проекты уже строятся, другие пока существуют только на бумаге.
Что будет дальше
В следующих материалах мы отдельно разберём:
• почему граница уже не справляется с грузами;
• какую часть казахстанской ИИ-инфраструктуры создают с китайскими компаниями;
• что именно строит QAZBOT;
• будут ли Li Auto действительно собирать в Казахстане;
• зачем Казахстан занимает деньги в юанях;
• когда начнётся строительство китайских ветровых и солнечных станций;
• почему главные соглашения по критическим минералам подписаны с США, а не с Китаем.
Проверять каждую сделку будем по простому принципу: что подписано, сколько вложено и появился ли реальный объект.
Потому что соглашение — это ещё не завод.
