Креативные индустрии

В Казахстане хотят отдельно наказывать за граффити. Художники просят не путать стрит-арт с вандализмом

Уличное искусство и граффити на фасадах зданий в городах Казахстана

МВД готовит предложения по изменению законодательства после поручения правительства. Граффити-сообщество Repas поддерживает борьбу с вандализмом и рекламой наркотиков, но просит четко отделить их от легального городского искусства.

В Казахстане могут появиться отдельные правила и ответственность за граффити.

21 сентября премьер-министр Олжас Бектенов поручил МВД подготовить предложения по изменению законодательства. Формулировка правительства — установить запрет на виды граффити, которые наносят ущерб общественным местам.

Министр внутренних дел Ержан Саденов предложил отдельно запретить нанесение надписей и рисунков на общественные здания и сооружения и предусмотреть административную ответственность.

Но готового закона пока нет. И именно то, как будет сформулирован будущий запрет, стало главным вопросом для художников.

Почему власти снова заговорили о граффити

Граффити обсуждались не отдельно, а в большом блоке о вандализме, состоянии общественных пространств и рекламе наркотиков.

По данным правительства, совместно с волонтерами в Казахстане удалили около 80 тысяч так называемых нарко-граффити.

За пропаганду и рекламу наркотиков возбуждено 81 уголовное дело, 19 человек осуждены. Еще 11 уголовных дел расследовались за осквернение объектов культурного наследия и природных объектов.

Проблема остается актуальной и сейчас. Например, 22 сентября полиция Шымкента сообщила о задержании подозреваемого, который, по версии следствия, нанес на жилые дома 15 надписей с рекламой наркотиков. В тот же день в Карагандинской области полиция и волонтеры закрасили более тысячи подобных надписей в Караганде, Темиртау и Балхаше.

Но здесь появляется важное различие: реклама наркотиков, случайная надпись на фасаде и большой согласованный мурал технически могут быть выполнены одной и той же аэрозольной краской, однако по смыслу и правовому статусу это совершенно разные вещи.

Repas: нарко-граффити, тег и мурал — разные явления

Представители граффити-сообщества Repas не спорят с необходимостью бороться с рекламой запрещенных веществ, порчей имущества и самовольными надписями.

Их главный вопрос — что именно государство назовет граффити в новом регулировании.

Сообщество предлагает четко разделить как минимум четыре категории:

— самовольные надписи и изображения на чужом имуществе;

— рекламу запрещенных веществ;

— легальный street art;

— муралы и другие формы public art, созданные с согласия собственника или в рамках согласованного проекта.

«Реклама запрещенных веществ, самовольный тег и мурал, созданный художником на предоставленной ему стене, — это разные по своей природе явления. Нас объединяет желание видеть город чистым, безопасным и комфортным. Поэтому особенно важно, чтобы будущие правила позволяли ясно различать вандализм и легальные формы городского искусства», — отмечают представители Repas.

По мнению сообщества, легальная работа художника сильно отличается от самовольного рисунка.

Художник получает поверхность, взаимодействует с собственником или заказчиком, согласовывает работу, готовит фасад, закупает материалы и организует весь процесс нанесения изображения.

То есть за словом «граффити» может скрываться как рисунок, появившийся ночью без разрешения, так и полноценный коммерческий или городской проект.

Художники хотят участвовать в обсуждении новых правил

В Repas считают, что разрабатывать новую норму только как инструмент борьбы с вандализмом недостаточно.

К обсуждению предлагают подключить художников, архитекторов, урбанистов, искусствоведов, юристов, собственников недвижимости, бизнес и представителей государственных органов.

Причина в том, что street art и public art давно стали частью городской среды Казахстана.

Муралы появляются на жилых домах, коммерческих зданиях, трансформаторных подстанциях и других объектах. Их заказывают бизнес, девелоперы и сами городские власти.

Поэтому главный запрос Repas можно свести к одному: бороться с незаконными надписями, не создавая проблемы для легального искусства.

Но наказание за повреждение чужого имущества уже существует

Ситуацию усложняет то, что рисовать на чужих объектах без последствий нельзя и сегодня.

В КоАП уже есть статья 147-1 об умышленном уничтожении или повреждении чужого имущества.

Если действие не содержит признаков уголовного преступления, предусмотрен штраф в размере 50 МРП либо административный арест от пяти до двадцати суток.

Причем эти санкции совсем недавно ужесточали.

В 2024 году штраф по статье 147-1 увеличили с 20 до 50 МРП, а максимальный административный арест — с 15 до 20 суток. Теми же поправками в КоАП была отдельно добавлена ответственность за осквернение зданий, сооружений, жилых помещений и имущества в общественных местах.

Получается, главный юридический вопрос пока остается открытым:

что сможет новая статья о граффити, чего нельзя сделать при помощи действующих норм?

Ответ будет понятен только после публикации текста поправок.

Есть и другой парадокс: легальные граффити используют против вандализма

Представители Repas обращают внимание еще на одну сторону проблемы.

Большие художественные работы не обязательно становятся причиной появления новых надписей. Иногда происходит наоборот.

Граффити-художник Александр Ворончихин, с которым RAEM.KZ ранее делал интервью, говорит, что по его наблюдениям на стенах с большими работами стрит-артистов реклама запрещенных веществ и случайные надписи появляются реже.

«Одним из основных пунктов в этих заявлениях является борьба с рекламой запрещенных веществ. Это, конечно, дело благое. Но из мировой практики известно, что на стенах, где есть граффити, большие работы стрит-артистов, намного реже появляется реклама такого рода».

Это наблюдение художника, а не статистическое исследование. Но оно добавляет к спору еще один вопрос: всегда ли закрашенная в один цвет стена действительно лучше защищена от новых незаконных надписей, чем поверхность с уже существующей художественной работой?

Ворончихин опасается «стерильного искусства»

К самой инициативе художник относится критичнее Repas.

По мнению Ворончихина, проблема может возникнуть, если борьба с незаконными рисунками перерастет в регулирование самого содержания городского искусства.

«Я наблюдаю очередное стремление сделать «стерильное искусство», утвержденное вдоль и поперек людьми, далекими от его понимания, людьми, которые не принимают огромный культурный пласт, признанный мировым сообществом».

Он напоминает и об ужесточении законодательства 2024 года.

Здесь память художника его не подвела: изменения действительно принимались. В частности, выросли санкции за умышленное повреждение имущества и появилась отдельная административная ответственность за осквернение зданий и других объектов.

При этом Ворончихин признает необходимость правил и согласований для крупных работ.

По его словам, большие изображения на фасадах жилых и коммерческих зданий уже много лет проходят различные процедуры согласования. Вопрос художника — не в том, должны ли существовать правила вообще, а в том, насколько глубоко государство должно вмешиваться в содержание искусства.

«Надеюсь, что к вопросу о новых ограничениях подойдут обстоятельно и с пониманием темы, без перегибов».

Главного документа пока нет

Сейчас говорить о «запрете граффити в Казахстане» преждевременно.

Правительство поручило МВД подготовить предложения. Опубликованного текста новой нормы пока нет.

Поэтому неизвестно:

какие именно изображения попадут под новый запрет;

что будет считаться нанесением ущерба;

будет ли достаточно согласия собственника;

как будут рассматриваться легальные работы;

и потребуется ли для них дополнительное согласование с государственными органами.

Именно от этих формулировок будет зависеть, получится ли отделить вандализм и рекламу наркотиков от легальной граффити-культуры.

Repas предлагает сделать это разграничение еще до принятия поправок.

Ворончихин формулирует ту же проблему эмоциональнее: город не должен превратиться в пространство только для полностью согласованного и безопасного искусства.

А властям теперь предстоит превратить достаточно широкое поручение о борьбе с граффити в конкретную юридическую норму.

И вот тогда станет понятно, где в Казахстане пройдет новая граница между рисунком на стене, городским искусством и правонарушением.

Понравился материал? Поделитесь с другими:

Picture of Раимбек Искендиров
Раимбек Искендиров
Исследую технологии будущего, запускаю продукты и помогаю предпринимателям сокращать путь от идеи до результата
Picture of Раимбек Искендиров
Раимбек Искендиров
Исследую технологии будущего, запускаю продукты и помогаю предпринимателям сокращать путь от идеи до результата

Похожие материалы

Реальное фото прототипа NeuroGlove: роботизированная перчатка с видимыми приводами и электроникой. Для обложки использовать предоставленные командой фотографии.

Обзоры

Алуа Наурызбай, Аружан Азимбай, Айдана Исмаил: школьницы из Шымкента создают перчатку NeuroGlove для реабилитации после инсульта

Алуа Наурызбай, Аружан Азимбай и Айдана Исмаил создают NeuroGlove в Шымкенте. Сколько стоят компоненты ...
Реальная фотография Талгата Кантаева с подтверждённой подписью и правами использования. Герой должен быть узнаваем. Предметные стоковые изображения подходят только для дополнительных иллюстраций.

IT-личности

Талгат Кантаев: биография сооснователя Investbanq, привлёкшей $3 млн

Талгат Кантаев руководил Paladigm Ventures и стал сооснователем Investbanq. Его должности, портфель фонда и ...
Реальная фотография Меира Адильжанова с подтверждённым правом использования, предпочтительно из интервью или выступления о 1Fit. Узнаваемый герой в центре кадра. Сгенерированное лицо и случайный стоко

IT-личности

Меир Адильжанов: биография сооснователя 1Fit и история зарубежных запусков

Меир Адильжанов: биография сооснователя 1Fit, зарубежные запуски, исторические результаты компании и его заявление о ...

Читайте нас в Telegram и Instagram

Подписывайтесь на наши каналы, чтобы первыми получать самые свежие новости казахстанской IT-индустрии, анонсы грантов, стажировок и эксклюзивные интервью.